7 самураев - 7 богов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 7 самураев - 7 богов » Сочинения » Танец


Танец

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Богиня солнца спешила в свой небесный дворец, а с востока за ней уже летел бог в образе чёрной птицы - Ночь. Могучие крылья уже заслонили почти всё небо, лишь там, у самого горизонта ещё светился краешек сияющего кимоно Аматэрасу Омиками (1).
За прекрасным театром на небе наблюдала Госпожа Орихиме – гейша самого Императора. Прощальные лучи солнца наложили лёгкий румянец на фарфор её кожи. Коралловых губ не коснулась улыбка, но глаза цвета молодого бамбука светились радостью. Завтра она будет танцевать пред своим Данной (2), это будет её подарок на его двадцатую весну. Сердцу было тесно в груди, оно желало простора неба, что украсил узор сияющих звёзд Было так сладко и так больно, так хорошо и столь грустно. Судьба смешала чувства и мысли своей непоколебимой рукой. Путь уже был начертан тушью на пергаменте бытия…
А Цукуёми (3) сел на трон времени, став императором на срок, отмеренный ему мирозданием. Незримые бабочки спешили к людям из Царства Покоя, неся на своих крыльях сны и кошмары. И лишь недремлющий соловей тихо запел в саду, средь цветущих древ сакуры (4) и персика. Пришла пора колдовства, тайн, преступлений и любви.
А что же Госпожа? Служанки помогли снять кимоно и смыть макияж, приготовили ложе. Ночь обещала быть длинной и короткой одновременно. А завтра будет Танец, Таней Жизни. Только завтра, уже завтра. Неторопливо текла река времени, отмеряя ход самой истории. Соловей баюкал гейшу своим пением, столь же прекрасным, сколь и печальным. Ночь выдалась на удивление жаркой, и цикады звонко стрекотали в саду. Орихиме-сама (5) никогда ещё не слышала, что бы они так пели, словно оплакивая кого-то. Тяжёлый вздох нарушил симфонию ночи, на лице женщины появилась улыбка, нежная как лепесток сакуры. А бабочка уже летела к ней, обещая отдых и сон столь же прекрасный, как и спящая… Безмятежно сияли на небе звёзды, лепестки сакуры танцевали в саду с светлячками – мир погрузился в объятия ночь.
Но ничто не длится вечно и вот уже день гонит срывает пологи ночных тайн, разгоняя тени, снова разделяя мир духов и мир людей. Ничто не изменило привычный ход, всё так же утро встретила Орихиме-сама омовением, затем кимоно обняло её стан, и вот уже кисточка чёткими линиями чертит брови, наносит узор коралловых губ на фарфор лика гейши.
Сад уже наполнялся гостями, когда солнце, наконец, достигло верха неба. Император восседал впереди, глядя на сцену взглядом грозового неба. Он был хмур, а душу его грыз червь, и ни для кого не было секретом, что породило этого червя… А рядом с ним сидел молодой генерал, сидел не поднимая карих глаз от земли, и в сердце его был меч отчаяния.
Заплакала деревянная фуэ (6), сямисен (7) пронзил сердца острыми, словно стрелы, нотами – начался танец. Тихо зашептал шёлк, повествуя о том, что скрывают бабочки и драконы на его глади. Раскрыли свои белые крылья веера, и несколько цапель ожили на бумажной поверхности. И мудрое сердце танцующей отмеряло каждое движение. То, что не выразить красотой улыбки (8) рассказывал грациозный взмах рукава или тихо шептал складываемый веера. А танец всё продолжал своё повествование. Где-то вдалеке ветерок поцеловал фурин (9), и смущённый звон добавил в мелодию нотки звенящие и переливающиеся, полные радости встречи с любимым. Вот рука с веером коснулась груди, где сердце билось столь часто когда слова любви касались слуха. Чуть заметный поклон, что ни раз встречал ночью, когда любимый приходил к гейше. О любви и печали, верности и смирении безмолвно пела танцовщица, желая прогнать грозу из глаз Императора. Но тщетны были её попытки, всё так же жестоко били молнии, раня цветущий персик сердца. Груз старых слов заставлял невидимые слёзы проливаться дождём. Надежда упорхнула ввысь, как бабочка, и чуть заметная улыбка появилась в уголках губ у двух людей, и что-то блеснуло в глазах цвета дубовой коры и молодого бамбука.
Ветерок бросил горсть розовых лепестков на сцену, признав красоту танца, а солнце скрылось за тучу, не желая видеть, что случиться потом…
А после…после две белые фигуры (10) сидели пред Императором. Само небо заплакала, а ветер смолк в знак скорби. Но Сын Неба был непреклонен, шептания в тенях перевесили слова честного и танец любящей, и своим взглядом начертал он две судьбы. Тихо зашуршал белый шёлк, вакидзаси (11) покинул свой приют, на фоне пасмурного неба сверкнула молнией катана, и храброе верное сердце смолкло.
Госпожа Орихиме не поднимала головы, она всё понимала, понимала так, как могут лишь те, кто познал любовь подобную чистотой и крепостью своей горному хрусталю. Нежной рукой своей достала она танто (12) из ножен. Тонкий листок бумаги обвил часть смертоносного лезвия, в наивной попытке защитить женщину от него. Последний взгляд, полный любви в бездну бури, и вот белый шёлк окрасился алым. Лишь ветерок донёс прощальный шёпот:
- Ai no tame ni shinde itadakimasu (13) – и приговор и прощение сплелись в этих словах древней мудрости.
Танец подошёл к концу, все покинули сцену, и лишь алые капли, впитавшиеся в дерево, как немые свидетели печально финала смывались дождём. Вот так цветок любви был затоптан стопами ревности, а пламя верности погубили ветра сплетен. А дождь всё шёл и шёл, а праздник всё продолжался…



1)Аматэрасу Омиками – богиня солнца в Японии
2)Данна – покровитель гейши, её «господин»
3) Цукуёми – бог ночи и луны в Японии
4)Сакура – японская вишня
5)-сама – обращение к очень уважаемому человеку. Приблизительный перевод «божественный(ая)»
6) Фуэ – традиционная флейта в Японии
7) Сямисен - трехструнная лютня гейши
8)Гейши всегда прятали улыбку за рукавом или веером.
9)Фурин (furin) – ветряной колокольчик, который вешают на окна и при входе.
10)Белое кимоно одевают самоубийцы, которые совершают сипуку или харакири (ритуальные самоубийства)
11)Вакидзаси – короткая катана, спутница стандартной катаны
12)Танто - кинжал
13) «Во имя любви, умри» (яп.)

0

2

Не сразу все понимаешь... Но красиво…

0


Вы здесь » 7 самураев - 7 богов » Сочинения » Танец