7 самураев - 7 богов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 7 самураев - 7 богов » Сказки, мифы, история » Бусидо-Путь воина


Бусидо-Путь воина

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Взято из источника:
http://diary.ru/~Yamato-Nippon-Japan/?c … id=4570564

БУСИДО («Путь воина») 
морально-этическое учение о нормах поведения самураев (буси). 

Несмотря на то, что кодекс никогда не формулировался официально в письменном виде, он имел исключительно сильное влияние на формирование мировоззрения, философии и жизненных принципов военного сословия и в целом всего японского народа. 

Основы Бусидо возникли практически одновременно с формированием устойчивого класса воинов в IХ–ХI вв. н. э. 
Верность и готовность выполнить любой приказ господина становились определяющими качествами для самурая. Его жизнь и смерть были подчинены только закону чести и самурайского долга. Чувства обычного человека не имели для воина никакого значения. 
Основными идейными источниками для возникновения кодекса чести воина, как часто называют Бусидо, явились конфуцианство, синтоизм и буддизм (особенно секты Дзэн). Основные морально-этические нормы конфуцианства, прежде всего верность долгу, чести, понятие и характеристики «благородного мужа», сочетались с буддийским трепетным отношением к смерти и, как следствие, равнодушием к жизни, верой в возможность перерождения в лучшем качестве в зависимости от того, как удалось прожить и завершить свою жизнь. 
Путь к идеалу лежал через тяжелейшие психофизические упражнения дзэн-буддизма, тренировки с оружием, сражения и смерть. 
Некоторые нормы поведения самураев были изложены в «Законе о военных домах» — «Букэ сёхатто». Затем вышла в свет книга Дайдодзи Юдзана «Будо сёсин сю» — «Основы воинских искусств». Самым же известным трудом на эту тему явилась книга бывшего самурая Ямамото Цунэтомо «Хагакурэ» («Сокрытое в листве»), опубликованная в 1716 г. Помимо всего прочего, автор в этой книге акцентировал внимание воинов на почетности и даже необходимости насильственной смерти для самурая. 
В ситуации, когда честь воина хотя бы случайно задета, следовало немедленно выбирать смерть. Как правило, воины следовали этому совету, и ритуальное самоубийство — сэппуку — было распространено необычайно широко. Популярность разных его видов достигла таких размеров, что правительство сёгуна вынуждено было бороться с ним законодательно. 
После Реставрации Мэйдзи популярность Бусидо пошла на убыль, но не исчезла совсем. Уже в конце XIX в. бывший самурай Нитобэ Инадзо написал книгу, которую так и назвал: «Бусидо: дух Японии», ставшую одним из последних ярких примеров письменной характеристики Пути воина. Являясь частью национального самосознания, Бусидо в некоторые периоды японской истории вновь становился для общества актуален и сознательно использовался японскими политиками для повышения боевого духа солдат и для поддержания идеи национального превосходства. 
Так происходило во время ведения Японией войн в конце ХIХ в. и начале ХХ в., когда милитаристское правительство фактически сделало экспансию национальной политикой, а также до и во время второй мировой войны. 
Наиболее яркий пример использования Бусидо в это время — летчики-смертники, так называемые камикадзэ. Идея жертвования своей жизнью по приказу императора являлась для них всего лишь нормой Бусидо, в обязательности исполнения которой не может быть никаких сомнений. После окончания войны примеры следования Пути воина в таких ортодоксальных формах стали гораздо более редкими. Один из последних — самоубийство знаменитого писателя националистического толка Мисима Юкио, совершившего сэппуку после неудачной попытки военного переворота в 1970 г.

0

2

еще немного информации, взятой отсюда

Бусидо, первоначально трактовавшееся как "путь коня и лука", впоследствии стало означать "путь самурая, воина" ("буси" - воин, самурай; "до" - путь, учение, способ, средство). Кроме того, слово "до" переводится ещё и как "долг", "мораль", что имеет соответствие с классической философской традицией Китая, где понятие "путь" является некой этической нормой (дао-дэ). Таким образом, бусидо - это "самурайская мораль", "добродетель", "морально-этический" кодекс.

Бусидо, как способ регулирования поведения воина, не опиралось непосредственно ни на какие специальные учреждения, принуждавшие к соблюдению моральных норм, оно основывалось на силе убеждения, общественного мнения, примера, воспитания, традиций и силе нравственного авторитета отдельных лиц, отмеченных в средневековой истории Японии.

Бусидо сформулированы в "Начальных основах воинских искусств" Дайдодзи Юдзана:

"Истинная храбрость заключается в том, чтобы жить, когда правомерно жить, и умереть, когда правомерно умереть.
К смерти следует идти с ясным сознанием того, что надлежит делать самураю и что унижает его достоинство.
Следует взвешивать каждое слово и неизменно задавать себе вопрос, правда ли то, что собираешься сказать.
Необходимо быть умеренным в еде и избегать распущенности.
В делах повседневных помнить о смерти и хранить это слово в сердце.
Уважать правило "ствола и ветвей". Забыть его - значит никогда не постигнуть добродетели, а человек, пренебрегающий добродетелью сыновней почтительности, не есть самурай. Родители - ствол дерева, дети - его ветви.
Самурай должен быть не только примерным сыном, но и верноподданным. Он не оставит господина даже в том случае, если число вассалов его сократится со ста до десяти и с десяти до одного.
На войне верность самурая проявляется в том, чтобы без страха идти на вражеские стрелы и копья, жертвуя жизнью, если того требует долг.
Верность, справедливость и мужество суть три природные добродетели самурая.
Во время сна самураю не следует ложиться ногами в сторону резиденции сюзерена. В сторону господина не подобает целиться ни при стрельбе из лука, ни при упражнениях с копьём.
Если самурай, лёжа в постели, слышит разговор о своём господине или собирается сказать что-либо сам, он должен встать и одеться.
Сокол не подбирает брошенные зёрна, даже если умирает с голоду. Так и самурай, орудуя зубочисткой, должен показывать, что сыт, даже если он ничего не ел.
Если на войне самураю случится проиграть бой и он должен будет сложить голову, ему следует гордо назвать своё имя и умереть с улыбкой без унизительной поспешности.
Будучи смертельно ранен, так что никакие средства уже не могут его спасти, самурай должен почтительно обратиться со словами прощания к старшим по положению и спокойно испустить дух, подчиняясь неизбежному.
Обладающий лишь грубой силой не достоин звания самурая. Не говоря уж о необходимости изучения наук, воин должен использовать досуг для упражнений в поэзии и постижения чайной церемонии.
Возле своего дома самурай может соорудить скромный чайный павильон, в котором надлежит использовать новые картины-какэмоно, современные скромные чашки и налакированный керамический чайник".

В числе главных принципов самурайской морали выделялись: верность господину; вежливость; мужество; правдивость; простоту и воздержанность; презрение к личной выгоде и деньгам.

Таким образом, основным в бусидо были верность сюзерену, с которым буси находился в отношениях покровительства и служения, и честь оружия, являвшегося привилегией воина-профессионала, а не идеи лояльности к монарху или патриотического отношения ко всей Японии.

Личный героизм самураев, жажда подвига и славы не должны были служить, по буси, самоцелью. Всё это было подчинено идеологией правящего класса более высокой цели, а именно: идее верности, которая покрывала собой всё содержание общественной и личной морали воина. Принцип верности выражался в беззаветном служении сюзерену и опирался на положения о верности, почёрпнутые из синто, буддийское убеждение в бренности всего земного, которое усиливало у самурая дух самопожертвования и не боязни смерти, и философию конфуцианства, сделавшую лояльность (верность вассала феодалу) первой добродетелью. Верность по отношению к своему господину требовала от самурая полного отрешения от личных интересов. Однако верность вассала не подразумевала принесение ей в жертву совести самурая. Бусидо не учило людей отказываться от своих убеждений даже для сюзерена, поэтому в случае, когда феодал требовал от вассала действий, идущих вразрез с убеждениями последнего, тот должен был всеми силами стараться убедить своего князя не совершать поступка, порочащего имя благородного человека.

Если это оканчивалось неудачей, самурай обязан был доказать искренность своих слов, прибегнув к самоубийству путём харакири. При всех других обстоятельствах бусидо призывало жертвовать всем ради верности.

В моральном кодексе самураев феодальной эпохи большое значение придавалось также катакиути - кровной мести, узаконенной бусидо в качестве вида нравственного удовлетворения чувства справедливости. Верность сюзерену требовала непременного отмщения за оскорбление господина. Конфуций по этому поводу сказал следующее: "Обиду надо заглаживать справедливостью".

Рядом с верностью стоял принцип долга, превративший естественную настойчивость и упорство воинов в возвышенное начало морального порядка. В соответствии с догмами конфуцианства долг - это "смысл и закон явлений и жизни", "прямота души и поступков", или "справедливость". Из понятия справедливость выводилось понятие "благородство", которое считалось "высшей чуткостью справедливости". "Благородство, - сказал один знаменитый буси, - это способность души принять определённое решение… согласно с совестью, без колебания: "Умереть, если это нужно, убить - когда это потребуется". Другой самурай заметил, что без понятия о благородстве "ни талант, ни наука не могут выработать характера самурая".

В японском языке долг, чувство (сознание) долга обозначается словом "гири" (букв.: "справедливый принцип"), которое произошло от "гиси" - "верный вассал, человек чести и долга, человек благородства". Первоначально это слово означало простую и естественную обязанность по отношению к родителям, старшим, обществу, близким и т.д. Со временем термин "гири" распространился и на обязанность по отношению к господину, играя немаловажную роль в этике сословия воинов. В силу этого слово "гири" стало объяснять такие поступки, как жертвование самураями жизнью ради феодала, жертвование родителей детьми и т.д. Выбор между долгом (гири) и чувствами (ниндзё) всегда должен был разрешаться в пользу долга.

Кроме верности и чувства долга одним из ключевых требований Бусидо была личная храбрость, несгибаемое мужество самурая, пример которого даёт нам биография Такэда Сингэна. Как-то раз заклятый враг князя - Уэсуги Кэнсин пробился к шатру, где восседал Такэда в окружении нескольких телохранителей. Занеся меч над головой Непобедимого, Кэнсин саркастически спросил, что тот собирается делать перед лицом смерти. Такэда хладнокровно отразил меч противника своим боевым железным веером и тут же, нисколько не изменившись в лице, сложил лирическое пятистишие. Подоспевшая охрана вынудила пристыженного Кэнсина удалиться. Мужество подобного рода, впитавшееся в плоть и кровь самурая, не покидало его в самых трудных ситуациях. Оно было плодом физической закалки, психической уравновешенности и спокойного презрения к смерти.

Мужество, как некое благороднейшее свойство человеческой природы вообще, по конфуцианской формулировке, включает в себя также понятия "храбрость", "отвага", "смелость".
Бусидо признавало только разумную храбрость, осуждая напрасный риск; неразумная, бесцельная смерть считалась "собачьей смертью".

Принцип скромности вырабатывался вследствие подчинённого положения рядовых воинов, невозможности для них поднимать голову перед своим господином. К скромности было близко также понятие "вежливость", подразумевавшее терпение, отсутствие зависти и зла. В лучшей своей форме вежливость приближалась, по конфуцианским понятиям, к любви. Развитию принципа вежливости способствовали постоянные упражнения в правильности манер, которые должны были привести все члены организма в гармонию, "при которой поведение будет показывать господство духа над плотью".

Наряду с указанными выше основными принципами самурайская этика включала в себя ряд второстепенных, неразрывно связанных с главными и определявших поступки и поведение самураев.

Умение владеть собой и управлять своими чувствами было доведено у самураев до большого совершенства. Душевное равновесие являлось идеалом бусидо, поэтому самурайская этика возвела этот принцип в ранг добродетели и высоко его ценила. Яркой иллюстрацией способности к самоконтролю самураев является обряд харакири.
Самоубийство считалось среди самураев высшим подвигом и высшим проявлением личного героизма.

0

3

А вот здесь нашла очень краткое, но тем и ценное описание социального устройства

  Самураи.
  Военное сословие.
  Даймё - владетельные феодалы, официальные вассалы центрального правительства. Менее состоятельные и менее знатные самураи - их вассалы (кэраи). Привилегии самураев - ношение двух мечей (большого и малого), право на сэппуку , физическая неприкосновенность в правовых конфликтах, право на уровень дохода, определённого господином. Обязанности самураев - охранная и административная служба, исполнение приказов господина, неуклонное следование моральным нормам бусидо. Жена и взрослая дочь самурая - вассалы господина с обязанностями наравне с мужчинами.
  Ронин - самурай без господина, т.е. оказавшийся не у дел, не служащий воин. Причиной такого статуса могли стать гибель или смерть господина, увольнение, добровольный отказ служить правопреемникам господина. Положение ронина малопочётно - общественным уважением и самурайскими привилегиями он не пользуется. Вместе с тем ронин глубоко лично свободен, не ограничен в перемещениях, не платит подати.

0

4

Сэппуку - ритуальное самоубийство путём вспарывания живота (харакири) ножом кусунгобу или малым мечом. Основанием сэппуку может быть оскорблённое достоинство самурая, необходимость сохранения тайны или доброго имени (своего и господина), смерть господина, нежелание быть взятым в плен менее родовитыми врагами, официальный приговор. Результатом сэппуку является прекращение всех дел в отношении наказанного и его семьи, права умершего переходят к его родственникам. Альтернативой сэппуку является уход в монахи . Процедура сэппуку называется харакири. Совершающий действие садится в положение сэйдза (стоя на коленях, корпус на пятках), обнажает торс берёт с подставки кусунгобу и двумя руками проводит разрез от левого бока к правому на уровне талии, а затем разрез по вертикали вдоль средней линии тела. В это время кайсякунин (ассистент, лучший друг, личный слуга или официальный исполнитель) в подоткнутых хакама, стоящий слева, взмахом меча отрубает голову.  Ассистенту сразу после взмаха следует обойти "труп" спереди и укрыть заранее приготовленной тканью. В мирное время при проведении сэппуку должны присутствовать официальные наблюдатели фукуси, которые отчитываются правителю.

0

5

Немножко из книги по бусидо

Цунэтомо Ямамото
Хагакурэ

http://www.kendo.lv/
«Книга самурая»: Северо Запад Пресс; Санкт Петербург; 2003
ISBN 5 8071 0121 9

Аннотация

Один из самых авторитетных трактатов посвящённый Бусидо — Пути самурая. Так называли в древней Японии свод правил и установлений, регламентирующий поведение и повседневную жизнь самураев.

Цунэтомо Ямамото
Хагакурэ

Из Книги Первой

Хотя самурай должен прежде всего чтить Путь Самурая, не вызывает сомнений, что все мы небрежительны. Поэтому, если в наши дни спросить: «В чем подлинный смысл Пути Самурая?», лишь немногие ответят без промедления. А все потому, что никто заранее не готовит себя к ответу на такие вопросы. Это свидетельствует о том, что люди забывают о Пути.
Небрежение опасно.

* * *

Я постиг, что Путь Самурая — это смерть.
В ситуации «или или» без колебаний выбирай смерть. Это нетрудно. Исполнись решимости и действуй. Только малодушные оправдывают себя рассуждениями о том, что умереть, не достигнув цели, означает умереть собачьей смертью. Сделать правильный выбор в ситуации «или—или» практически невозможно.
Все мы желаем жить, и поэтому неудивительно, что каждый пытается найти оправдание, чтобы не умирать. Но если человек не достиг цели и продолжает жить, он проявляет малодушие. Он поступает недостойно. Если же он не достиг цели и умер, это действительно фанатизм и собачья смерть. Но в этом нет ничего постыдного. Такая смерть есть Путь Самурая. Если каждое утро и каждый вечер ты будешь готовить себя к смерти и сможешь жить так, словно твое тело уже  умерло, ты станешь Подлинным самураем. Тогда вся твоя жизнь будет безупречной, и ты преуспеешь на своем поприще.

* * *

Хороший слуга — это тот, кто безоговорочно подчиняется своему господину. Можно сказать, что это — идеальный слуга.
Если ты появился на свет в старинном самурайском роду, достаточно лишь глубоко задуматься над верностью предкам, презреть тело и разум и всецело посвятить себя служению хозяину. Можно считать удачей, если ты, к тому же, наделен мудростью и талантами, и умеешь правильно воспользоваться ими. Но даже тот, кто ни к чему не пригоден и неуклюж, может стать надежным слугой, если он исполнен решимости выполнять волю своего хозяина. Однако грош цена человеку, если его достоинства ограничиваются только мудростью и талантами.

* * *

По характеру люди делятся на тех, кто наделен быстрым разумом, и на тех, кто прежде, чем принять решение, должен уединиться и все обдумать. Между тем, каким бы характером ни обладал человек и каковы бы ни были его достоинства и недостатки, он проявит великую мудрость, если будет беззаветно предан четырем заповедям самураев господина Набэсима .

* * *

Люди полагают, что, размышляя над сложными делами, они могут разобраться с ними. Однако, когда они задумываются над чем нибудь, у них появляются ложные мысли. Они не могут принять правильное решение, потому что в своих рассуждениях руководствуются стремлением к личной выгоде.
Отказаться от глупых мыслей и взрастить в себе подлинное безличностное мышление нелегко. Но если, рассматривая вопрос, ты не думаешь о нем, а сосредоточиваешь внимание на четырех заповедях самураев господина Набэсима, твое мнение окажется под стать твоим лучшим суждениям.

* * *

Поскольку мы часто полагаемся на собственную проницательность, мы легко становимся корыстолюбивыми, не прислушиваемся к голосу разума, и тогда события принимают далеко не лучший оборот. Люди видят, насколько ограничены и недостойны наши устремления.
Поэтому, если в рассуждениях тебе трудно быть беспристрастным, следует обратиться за советом к более опытному человеку. Этот человек следует Пути в той мере, в которой он способен давать простые и искренние советы, не руководствуясь при этом личными интересами. Его суждения будут казаться окружающим совсем не беспочвенными. Разум такого человека можно уподобить дереву со многими корнями. И в то же время мы часто встречаем людей, умственные способности которых напоминают воткнутую в землю палку.

* * *

Мы изучаем предания о людях прошлого, чтобы довериться их мудрости и не быть корыстолюбивыми. Когда мы отказываемся от своих пристрастий, следуем наставлениям древних и советуемся с друзьями, наши дела идут хорошо, а неудачи минуют нас. Господин Кацусигэ учился мудрости у господина Наосигэ. Об этом упоминается в «Оханасикикигаки».
Также был один самурай, который взял себе слугами своих младших братьев. Они сопровождали его каждый раз, когда он отправлялся в провинцию Камигата или в Эдо. Говорят, что он совещался с ними по личным и общественным делам, и поэтому ему всегда сопутствовала удача.

* * *

Сагара Кюма был единодушен со своим хозяином и служил ему так, словно его собственное тело уже умерло. Таких людей, как он, — один из тысячи.
Однажды господин Сакё проводил важную встречу в поместье Мидзугаэ, и Кюма было приказано совершить сэппуку. В это время в Осаке на третьем этаже пригородного дома господина Таку Нуй была чайная комната. Кюма снял эту комнату и, собрав в ней всех нищих района Сага, устроил кукольное представление, управляя одной куклой собственноручно. Собравшиеся пили и кутили день и ночь напролет. Дом господина Таку Нуй находился рядом с поместьем господина Сакё, и поэтому шумное сборище вызвало переполох в поместье. Затевая представление, Кюма думал только о своем хозяине и был исполнен решимости совершить сэппуку .

* * *

Быть слугой означает не что иное, как оказывать поддержку своему господину, вверяя ему все свои чаяния и отрекаясь от личной выгоды. Если во владении даймё есть два или три таких человека, оно в безопасности.
Если посмотреть на мир, в котором все идет своим чередом, мы увидим многих людей, которые вкрались в доверие, одев личину преданности, мудрости и жизненного опыта. Но стоит только господину уйти в отставку или поселиться в уединении, как сразу же найдутся слуги, которые отвернутся от него и будут искать расположения нового повелителя. Об этом неприятно даже вспоминать.
Люди высокого и низкого положения, умудренные знаниями и опытом, часто почитают себя преданными слугами, но когда нужно отдать жизнь за своего господина, у них начинают трястись коленки. Это постыдно. Потому бывает, что иной бесполезный человек становится несравненным воином, когда отрекается от своей жизни и во всем следует воле своего хозяина. Во времена смерти Мицусигэ был такой человек. Я был тогда единственным преданным слугой господина. Другие шли по моим стопам. Я видел, как высокомерные и корыстные придворные отвернулись от своего хозяина, стоило только смерти смежить ему глаза.
Говорят, что для слуги в отношениях с хозяином главное — преданность. Хотя преданность может поначалу казаться тебе недоступной, в действительности она у тебя перед глазами. Если ты однажды решишь довериться ей, в то же самое мгновение ты станешь безупречным слугой.

* * *

Высказывать людям свои мнения и исправлять их ошибки очень важно. В этом проявляется сострадание, которое больше всего помогает в вопросах служения. Однако, делать это очень трудно. Выявлять хорошие и плохие стороны человека легко и высказывать о них свое мнение тоже легко. Чаще всего люди полагают, что делают другим добро, когда говорят им нелицеприятные вещи. Если после этого к их замечаниям относятся без должного понимания, эти люди думают, что ничем не могут помочь. Это неправильное мнение. Делать так — все равно что наставлять человека, упрекая его в слабоумии. При этом ты заботишься только о том, чтобы облегчить себе душу.
Прежде чем выразить человеку свое мнение, подумай о том, в состоянии ли он его принять. Для этого вначале нужно поближе сойтись с ним и убедиться, что он доверяет тебе. Говоря о предметах, которые дороги для него, подыскивай надлежащие высказывания и делай все, чтобы тебя правильно поняли. В зависимости от обстоятельств обдумай, как лучше это сделать — с помощью письма или во время прощания. Похвали хорошие качества человека и используй любой предлог, чтобы поддержать его. Возможно, тебе следует рассказать о своих недостатках, не упоминая его слабые стороны — но так, чтобы он сам задумался о них. Позаботься о том, чтобы он получил твой совет, как получает воду тот, кто изнывает от жажды, и тогда твое наставление поможет ему исправить ошибки.
Это очень трудно. Если недостаток человека опирается на многолетнюю привычку, скорее всего совладать с ним тебе не удастся. Я знаю об этом по себе. Быть откровенным со всеми своими знакомыми, указывать другим на их ошибки и всегда помнить о том, чтобы быть полезным своему хозяину — вот что значит проявлять сострадание слуги. Но если ты просто заклеймил человека, как ты можешь ожидать, что он станет от этого лучше?

* * *

Зевать в присутствии других людей — признак плохого тона. Если неожиданно ты почувствовал желание зевнуть, это ощущение прекратится, если провести ладонью по лбу снизу вверх. Если это не помогает, оближи себе губы, не открывая рта, или просто закройся рукой или рукавом, чтобы никто не видел, что ты делаешь. То же относится и к чиханию. Чихая при людях, ты можешь показаться глупым. Есть также другие вещи, которые требуют внимания и практики.

* * *

Некто предлагает быть требовательным к людям, но я с этим не согласен. Известно, что рыба не будет жить там, где есть только чистая вода. Но если вода покрыта ряской и другими растениями, рыба будет прятаться под ними и разведется в изобилии. Слуги тоже будут жить спокойнее, если некоторые стороны их жизни будут оставлены без внимания. Очень важно понимать это, когда оцениваешь поведение людей.

* * *

Однажды, когда господин Мицусигэ был еще мальчиком, священник Кайон велел ему читать вслух что то из книги. Тогда господин Мицусигэ позвал других детей и слуг и сказал им:
— Пожалуйста, прийдите и слушайте. Трудно читать, когда никто не слышит.
Священник был тронут и сказал собравшимся:
— Вот пример, как нужно делать всем.

* * *

Каждое утро следует поклониться господину и родителям, а затем божествам покровителям и буддам заступникам, которые благосклонны к господину. Если ты будешь всегда отдавать ему первенство, твои родители возрадуются, а божества и будды отнесутся к этому с пониманием. Воин думает только о своем хозяине. Если ты взрастишь в себе решимость, ты всегда будешь выполнять волю своего повелителя и не отступишь от нее ни на шаг.
Более того, женщина должна быть точно так же предана своему мужу, как он — своему господину.

* * *

По словам одного человека, несколько лет назад Мацугума Кёан рассказал такую историю:
«В практике медицины известно разделение лекарств на инь и ян, в соответствии с мужским и женским началами. Женщины отличаются от мужчин также пульсом. Но в последние пятьдесят лет пульс мужчин стал таким же, как пульс женщин. Заметив это, я применил одно женское глазное лекарство при лечении мужчин и обнаружил, что оно помогает. Когда же я попробовал применить мужское лекарство для женщин, я не заметил улучшения. Тогда я понял, что дух мужчин ослабевает. Они стали подобны женщинам, и приблизился конец мира. Поскольку для меня в этом не может быть никаких сомнений, я хранил это в тайне».
Если теперь посмотреть на мужчин нашего времени, можно видеть, что тех, чей пульс похож на женский, стало очень много, тогда как настоящих мужчин почти не осталось. Поэтому в наши дни можно победить многих, почти не прилагая для этого усилий. То, что лишь немногие в состоянии умело отрубить голову, еще раз доказывает, что смелость мужчин пошла на убыль. Если говорить о кайсяку, то  мы живем во времена, когда мужчины стали очень ловкими в поиске оправданий. Сорок или пятьдесят лет назад, когда считалось, что мужчинам под стать испытания наподобие матануки,  они стыдились показывать бедра без шрамов и поэтому с готовностью прокалывали их.
Призвание мужчин — иметь дело с кровью. В наши дни это считается неправильным. Поэтому все дела решаются с помощью одних только разговоров, и каждый норовит избежать работы, которая требует приложения усилий. Мне бы хотелось, чтобы молодые люди понимали это.

0

6

Священник Таннэн любил повторять: «Среди людей так мало просветленных, потому что священники учат только о „не уме“. Между тем „не ум“ — это ум чистый и безыскусный» . Это интересно.
Господин Санэнори говорил: «В пределах одного вдоха нет места иллюзиям, а есть только Путь». Если это так, то Путь един. Но нет человека, который мог бы ясно понять это. Ясность достигается лишь после многих лет настойчивого труда.

* * *

Мы должны быть очень признательными за последнюю строку стихотворения «Когда сердце спрашивает» . Возможно, к ней следует относиться так же, как к нэмбуцу.  Не случайно раньше она была на устах у многих.
В наше время люди, которых называют умными, обманывают других, прикрываясь показной мудростью. По этой причине они хуже необразованных крестьян; Необразованный человек ведет себя открыто. Если глубоко заглянуть в сердце, повторяя про себя эту строку стихотворения, в нем не останется потайных мест. Это хорошее испытание. Следует готовить себя к тому, чтобы с честью выдерживать такие испытания.

* * *

Слово гэн означает «иллюзия», или «привидение». В Индии человека, который показывает фокусы, называют гэндзюцуси, или «мастер создавать иллюзии». Все в этом мире — всего лишь кукольное представление. Вот что значит слово гэн.

* * *

Бороться с несправедливостью и отстаивать правоту нелегко. Более того, если ты будешь стараться всегда быть праведным и будешь прилагать для этого усилия, ты совершишь много ошибок. Путь — это нечто более возвышенное, чем праведность. Убедиться в этом очень трудно, но это есть высшая мудрость. Если смотреть на все с этой точки зрения, вещи наподобие праведности покажутся довольно мелкими. Если человек не понимает этого сам, понять это нельзя вообще. Однако есть возможность стать на Путь, даже если ты не понимаешь этого. Это можно сделать, советуясь с другими. Даже тот, кто не постиг Пути, видит других со стороны. Это напоминает поговорку игроков в го: «Тот, кто видит со стороны, смотрит восемью глазами». Изречение: «Мысль за мыслью мы осознаем наши собственные ошибки» также сводится к тому, что высочайший Путь обретают, прислушиваясь к мнению других людей. Книги и предания старины учат нас отказу от рациональных измышлений и пониманию мудрости древних.

* * *

Мастер меча преклонных лет сказал следующее:
«В жизни человека есть этапы постижения учения. На первом этапе человек учится, но это ни к чему не приводит, и поэтому он считает себя и других неопытными. Такой человек бесполезен. На втором этапе он также бесполезен, но он осознает свое несовершенство и видит несовершенство других. На третьем этапе он гордится своими способностями, радуется похвале других людей и сожалеет о недостатках своих друзей. Такой человек уже может быть полезен. На высшем же этапе человек выглядит, так, словно ничего не знает».
Это общие этапы. Но есть также еще один этап, который важнее всех остальных. На этой стадии человек постигает бесконечность совершенствования на Пути и никогда не считает, что прибыл. Он точно знает свои недостатки и никогда не думает, что преуспел. Он лишен гордости, и благодаря своему смирению постигает Путь до конца. Говорят, мастер Ягю однажды заметил: «Я не знаю, как побеждать других; я знаю, как побеждать себя».
Всю свою жизнь прилежно учись. Каждый день становись более искусным, чем ты был за день до этого, а на следующий день — более искусным, чем сегодня. Совершенствование не имеет конца.

* * *

Среди свитков, висящих на стене у господина Наосигэ, был свиток со словами: «К важным делам следует относиться легко». Увидев этот свиток, мастер Иттэй добавил: «К несущественным делам следует относиться серьезно». Среди дел человека важными можно назвать не более одного или двух. Их можно понять, если размышлять о них в течение дня. Речь идет о том, чтобы заранее обдумать свои дела, а затем легко справиться с ними, когда приходит время. Иметь дело с событием трудно, если ты до этого не обдумал его, потому что ты никогда не можешь быть уверен в том, что добьешься успеха. Если же обдумать все заранее, ты будешь руководствоваться принципом: «К важным делам следует относиться легко».

* * *

Один человек провел несколько лет на службе в Осаке, а затем вернулся домой. Когда он появился в своей провинции, все собрались, чтобы посмотреть на него, но вскоре начали насмехаться над ним, потому что он говорил на диалекте провинции Камигата. Отсюда следует, что если человек Долгое время провел в Эдо или в провинции Камигата, он должен уделить особое внимание тому, чтобы, вернувшись домой, говорить на родном наречии.
Когда человек находится вдали от дома, вполне естественно, что он привыкает к чужим традициям. Но считать после этого обычаи своей провинции деревенскими пошло и глупо, равно как и помышлять о том, чтобы принять чужие традиции и отказаться от своих. Нет ничего плохого в том, что обычаи родной провинции неизысканны и неэлегантны. Подражание чужим традициям — это потворство.
Один человек сказал священнику Сюнгаку:
— Традиции Секты Лотосовой Сутры плохи тем, что в ней принято запугивать людей.
— Именно благодаря запугиванию, — ответил Сюнгаку, — это и есть Секта Лотосовой Сутры. Если бы ее традиции были другими, это была бы уже какая то другая секта.
Вот пример глубокомысленного суждения.

* * *

Во время собрания, на котором одного человека выдвигали на ответственную должность, было решено, что этот человек не достоин занять столь высокий пост потому, что когда то во время пьяной пирушки он устроил дебош. Однако кто то возразил:
— Если мы откажемся от всех тех, кто однажды оступился, мы скорее всего не найдем нужного человека. Тот, кто совершил ошибку только один раз, будет более осмотрителен и принципиален, потому, что он раскаивается. Я считаю, что этот человек должен занять должность.
— Вы за него ручаетесь? — спросили собравшиеся.
— Да, ручаюсь, — ответил выступавший.
— Почему вы за него ручаетесь? — спросили другие.
— Я ручаюсь за него потому, что этот человек один раз ошибся. Тот, кто никогда де ошибался, опасен.
После этого человека избрали на должность.

* * *

Когда преступникам выносили приговор, Накано Кадзума всегда делал наказание не таким строгим, как предполагалось вначале. Эта мудрость была доступна только ему. Тогда приговор могли выносить несколько человек, но если бы не Кадзума, никто из них не проявил бы милосердия. По этой причине Кадзума называют Мастером виночерпием  и Мастером двадцати пяти дней.

* * *

Одного человека пристыдили за то, что он не отомстил. Зачастую месть заключается в том, чтобы просто ворваться к врагу и быть зарубленным. Это не постыдно. Если же ты думаешь, что должен вначале завершить свои дела, а потом мстить, время Для мести никогда не настанет. Размышляя о том, сколько людей есть у твоего врага, ты только теряешь время, и в конце концов обстоятельства вынудят тебя отказаться от мести.
Пусть даже у твоего врага тысяча человек, успех будет сопутствовать тебе, если выступишь против них, исполнившись решимости сокрушить их всех до одного. Действуя таким образом, ты многого добьешься.
Обращаясь к истории ночного нападения Ренинов господина Асано, мы видим, что, с их стороны, было ошибкой не совершить сэппуку в Сэнгакудзи, потому что после убийства их господина прошло слишком много времени, прежде чем они отомстили. Если бы господин Кира умер за это время своей смертью, им было бы о чем пожалеть. Поскольку люди из провинции Камигата мудрее, они действуют без промедления, хотя их поступки тоже бывают неосмотрительными, о чем свидетельствет резня в Нагасаки .
Все это имеет самое непосредственное отношение к Пути Самурая. Когда приходит время, размышлять некогда. И если ты не успел обдумать все заранее, скорее всего ты опозоришь себя. Чтение книг и слушание бесед других людей нужно только для того, чтобы исполниться решимости.
Путь Самурая — это прежде всего понимание, что ты не знаешь, что может случиться с тобой в следующий миг. Поэтому нужно днем и ночью обдумывать каждую непредвиденную возможность. Победа и поражение часто зависят от мимолетных обстоятельств. Но в любом случае избежать позора нетрудно — для этого достаточно умереть. Добиваться цели нужно даже в том случае, если ты знаешь, что обречен на поражение. Для этого не нужна ни мудрость, ни техника. Подлинный самурай не думает о победе и поражении. Он бесстрашно бросается навстречу неизбежной смерти. Если ты поступишь так же, ты проснешься ото сна.

0

7

Это статья Садакацу Цчида "Бусидо или этика по японски" из №22 правосласного журнала "Виноград". Здесь правда юольше идет сравнение Бусидо и православия. Но есть несколько интересных
мест.
http://i038.radikal.ru/0803/e8/915637c87350t.jpg http://i043.radikal.ru/0803/57/3c6b9b3e2b88t.jpg http://i037.radikal.ru/0803/25/7b3bd49d11f3t.jpg http://i012.radikal.ru/0803/94/d26d2cad8c0et.jpg

Отредактировано Эния (18-03-2008 15:40:52)

0


Вы здесь » 7 самураев - 7 богов » Сказки, мифы, история » Бусидо-Путь воина